Лью́ис Кэ́рролл (англ. Lewis Carroll, настоящее имя Чарльз Лютвидж До́джсон, или Чарльз Латуидж До́джсон (традиционная русская передача; сам Кэрролл произносил свою фамилию Додсон), Charles Lutwidge Dodgson; 27 января 1832 — 14 января 1898) — английский писатель, математик, логик, философ, диакон и фотограф. Наиболее известные произведения — «Алиса в Стране чудес» и «Алиса в Зазеркалье», а также юмористическая поэма «Охота на Снарка».
Профессор математики Оксфордского университета (1855—1881)”
“Льюис Кэрролл появился на свет в деревушке Дарсбери в английском графстве Чешир 27 января 1832 года. Его отцом стал приходской священник, он же занимался образованием Льюиса, как и других своих детей. В общей сложности в семье Кэрроллов родились четыре мальчика и семь девочек. Льюис проявлял себя достаточно умным и сообразительным учеником.

Кэрролл был левшой, что в девятнадцатом веке воспринималось религиозными людьми не так спокойно, как сейчас. Мальчику запрещали писать левой рукой и заставляли его использовать правую, что стало причиной психологической травмы и привело к небольшому заиканию. Некоторые исследователи утверждают, что Льюис Кэрролл – аутист, однако точных сведений об этом нет.”
“В двенадцатилетнем возрасте Льюис начал учиться в частной грамматической школе, расположенной неподалеку от Ричмонда. Ему нравились преподаватели и одноклассники, а также царившая в небольшом учебном заведении атмосфера. Однако в 1845 году мальчика перевели в фешенебельную публичную школу Рагби, где большое значение придавалось физической подготовке мальчиков и привитию им христианских ценностей.

Эта школа юному Кэрроллу понравилась значительно меньше, однако он неплохо учился в ней на протяжении четырех лет и даже продемонстрировал хорошие способности к богословию и математике.”
“В 1850 году молодой человек поступил в колледж Крайст-Черч при Оксфордском университете. В целом он учился не слишком хорошо, однако по-прежнему показывал выдающиеся математические способности. Через несколько лет Льюис получил звание бакалавра, а затем начал читать в Крайст-Черч собственные лекции по математике. Он занимался этим более двух с половиной десятков лет: работа лектором приносила Кэрроллу хороший заработок, хотя он и находил ее весьма скучной.

Поскольку учебные заведения в те времена были тесно взаимосвязаны с религиозными организациями, заступив на должность лектора, Льюис обязан был принять духовный сан. Чтобы не работать в приходе, он согласился принять сан диакона, отказавшись от полномочий священника. Еще во время обучения в колледже Кэрролл начал писать небольшие рассказы и стихи, и тогда же он придумал себе этот псевдоним (на самом деле настоящее имя писателя – Чарльз Лютвидж Доджсон).

В 1856 году в колледже Крайст-Черч сменился декан. Для работы в этой должности в Оксфорд приехал филолог и лексикограф Генри Лидделл, а также его жена и пятеро детей. Льюис Кэрролл вскоре подружился с семейством Лидделлов и стал их верным приятелем на долгие годы. Именно одна из дочерей супружеской четы, Алиса, которой в 1856 году было четыре года, и стала прототипом всем хорошо известной Алисы из самых знаменитых произведений Кэрролла.
Писатель нередко рассказывал детям Генри Лидделла забавные сказки, персонажей и события которых он сочинял на ходу. Как-то летом 1862 года во время лодочной прогулки маленькая Алиса Лидделл попросила Льюиса, чтобы он в очередной раз сочинил интересную историю для нее и ее сестер Лорины и Эдит. Кэрролл с удовольствием взялся за дело и рассказал девочкам захватывающую сказку о приключениях маленькой девочки, попавшей через нору Белого Кролика в Подземную Страну.
Чтобы девочкам было интереснее слушать, он сделал главную героиню похожей на Алису по характеру, а также добавил некоторым второстепенным персонажам характерные черты Эдит и Лорины. Маленькая Лидделл была в восторге от рассказа и потребовала, чтобы писатель записал его на бумаге. Кэрролл сделал это лишь после нескольких напоминаний и торжественно вручил Алисе рукопись под названием «Приключения Алисы под землей». Несколько позже он взял эту первую историю за основу своих известных книг.
Свои культовые произведения – «Алиса в Стране Чудес» и «Алиса в Зазеркалье» – Льюис Кэрролл написал в 1865 и 1871 годах соответственно. Его манера написания книг не была похожа ни на один из существовавших на тот момент писательских стилей. Как человек очень творческий, с богатым воображением и внутренним миром, а также как выдающийся математик с прекрасным пониманием логики он создал особый жанр «парадоксальной литературы».
“Его персонажи и те ситуации, в которые они попадают, вовсе не призваны поразить читателя нелепостью и абсурдом. На самом деле все они следуют определенной логике, причем сама эта логика и доведена до абсурда. В необычной, порой даже анекдотичной форме Льюис Кэрролл тонко и изящно затрагивает множество философских вопросов, рассуждает о жизни, мире и нашем месте в нем. В результате книги получились не только занимательным чтивом для детей, но и мудрыми сказками для взрослых.

Неповторимый стиль Кэрролла появляется и в других его произведениях, хотя они и не были столь популярны, как рассказы об Алисе: «Охота на Снарка», «Сильви и Бруно», «Истории с узелками», «Полуночные задачи», «Евклид и его современные соперники», «Что черепаха сказала Ахиллу», «Аллен Браун и Карр».”
“Некоторые утверждают, что Льюис Кэрролл и его мир не были бы столь необычными, если бы писатель не употреблял опиум на регулярной основе (он страдал от сильных мигреней, а также по-прежнему достаточно заметно заикался). Однако в то время опийная настойка была популярным лекарством от многих заболеваний, ее употребляли даже при легких головных болях.

Современники рассказывали, что писатель был «человеком с причудами». Он вел достаточно активную светскую жизнь, но при этом страдал от необходимости соответствовать определенным социальным ожиданиям и отчаянно жаждал вернуться в детство, где все было проще и можно было в любой ситуации оставаться самим собой. Некоторое время он даже страдал бессонницей, а все свободное время тратил на многочисленные исследования. Он действительно верил в выход за пределы известной нам реальности и пытался постичь что-то большее, чем могла предложить наука того времени.”
Писатель скончался 14 января 1898 года, причина смерти – воспаление легких. Его могила расположена в Гилфорде, на кладбище Восхождения.

Про чакры мертвых людей я уже неоднократно говорила (они плохо сохраняются). У Кэрролла сохранились анахата (просто прекрасный центр: творчество и любовь к детям прекрасно развивают и структурируют его) и вишудха – центр писательства и придумывания чего-то нового в принципе (но этот центр немного загрязнен. Собственно, это подтверждает смерть от пневмонии).

Расчет предназначения
Эту диагностику я писала сразу после Оруэлла и Хаскли. Что меня удивило, так это то же сочетание аспектов силы, искусителя и смерти, что и у Хаскли (смерть была и у Оруэлла), что говорит о больших объемах сексуальной энергии, а также сексуальных извращениях, девиациях (некрофилия, педофилия и тп). Но у Кэрролла первым стоит аспект Отшельника, который блокирует сексуальную энергию, обращает её вовнутрь. Плюс у Кэррола нет аспектов кармы (как у Чикатило или других известных маньяков), который идет под лозунгом “я несу насилие во имя мною придуманной справедливости”. У Кэрролла также есть аспекты любви и силы, а они в сочетании дают много романов, но поскольку заводить любовные (в общем понимании, в том числе семейные) отношения с женщинами он не мог, то просто обходился большим количеством знакомых особ женского пола. Кстати, отшельник+сила+искуситель+смерть вполне могли дать импотенцию на фоне какого-то раннего детского переживания (мою догадку подтверждает то, что Кэрролл заикался – это как раз переживания из детства). Аспект любви также дает реализацию в творческой профессии, связанной с письмом и речью.

Льюис Кэрролл был холостяком.

Наибольшую радость доставляла Кэрроллу дружба с маленькими девочками. «Я люблю детей (только не мальчиков)», — записал он однажды. …Девочки (в отличие от мальчиков) казались ему удивительно красивыми без одежды. Порой он рисовал или фотографировал их обнажёнными и полуобнажёнными — конечно, с разрешения матерей.

…Сам Кэрролл считал свою дружбу с девочками совершенно невинной; нет оснований сомневаться в том, что так оно и было. К тому же в многочисленных воспоминаниях, которые позже оставили о нём его маленькие подружки, нет ни намёка на какие-либо нарушения приличий.
— Мартин Гарднер

Увлечения Кэрролла породили слухи и спекуляции о его педофилии. Эта возможность подкрепляется многочисленными современными интерпретациями в ряде его биографий («Lewis Carroll: A Portrait with Background» 1995 года Дональда Томаса, «Lewis Carroll: A Biography» Майкла Бэкуэлла и «Lewis Carroll: A Biography» Мортона Коэна 1996 года), произведений культуры, например, фильме «Dreamchild» (англ.). Однако в последние десятилетия выяснилось, что большинство его «маленьких» подруг были старше 14 лет, из них многим было по 16—18 лет и старше. Подруги Кэрролла в воспоминаниях часто занижали свой возраст. Так, например, актриса Иза Боумен пишет в своих мемуарах:

В детстве я часто развлекалась тем, что рисовала карикатуры, и однажды, когда он писал письма, я принялась делать с него набросок на обороте конверта. Сейчас уж не помню, как выглядел рисунок, — наверняка это был гадкий шарж, — но внезапно он обернулся и увидел, чем я занимаюсь. Он вскочил с места и ужасно покраснел, чем очень меня испугал. Потом схватил мой злосчастный набросок и, разорвав его в клочья, молча швырнул в огонь. (…) Мне было тогда не более 10—11 лет, но и теперь этот эпизод стоит у меня перед глазами, как будто всё это было вчера…
— Иза Боумен

В действительности ей было не менее 13 лет.

Другая «юная подружка» Кэрролла, Рут Гэмлен, в своих мемуарах сообщает, как в 1892 году родители пригласили на обед Кэрролла с гостившей у него в то время Изой. Там Иза описана как «застенчивый ребёнок лет 12», в действительности в 1892 году ей было 18 лет.

С другой стороны, Кэрролл часто использовал слово «ребёнок» (англ. child) применительно к особам женского пола в возрасте 20 и 30 лет. Так, в 1894 году он писал:

Одна из главных радостей моей — на удивление счастливой — жизни проистекает из привязанности моих маленьких друзей. Двадцать или тридцать лет тому назад я бы сказал, что десять — идеальный возраст; теперь же возраст двадцати — двадцати пяти лет кажется мне предпочтительней. Некоторым из моих дорогих девочек тридцать и более: я думаю, что пожилой человек шестидесяти двух лет имеет право всё ещё считать их детьми.
— Льюис Кэрролл

В письме 24-летней Гертруде Четуэй, которую Кэрролл звал погостить у него в Истборне, он следующим образом оправдывал необычность приглашения:

Во-первых, если я доживу до следующего января, мне исполнится 59 лет. Если бы подобную вещь предложил мужчина тридцати или даже сорока лет от роду, это было бы совсем другое дело. Тогда бы об этом и речи идти не могло. Мне самому подобная мысль пришла в голову лишь пять лет назад. Только накопив действительно немало лет, рискнул я пригласить в гости десятилетнюю девочку, которую отпустили без малейших возражений. На следующий год у меня неделю пробыла двенадцатилетняя гостья. А ещё через год я позвал девочку четырнадцати лет, на этот раз ожидая отказа под тем предлогом, что она уже слишком взрослая. К моему удивлению и радости, её матушка согласилась. После этого я дерзко пригласил её сестру, которой уже исполнилось восемнадцать. И она приехала! Потом у меня побывала ещё одна восемнадцатилетняя приятельница, и теперь я совсем не обращаю внимания на возраст.
— Льюис Кэрролл

Как показали исследования французского культуролога и литературоведа, профессора Сорбонны Юга Лебайи и английской писательницы Каролин Лич, даже в переписке, тщательно отобранной для биографии племянником Кэрролла Коллингвудом с целью доказать его увлечённость детьми, больше половины «девочек», с которыми он переписывался, старше 14 лет, а четверть — 18 лет и старше; из 870 комментариев, сделанных им по поводу актёрской игры, только 150 относятся к детям.

В викторианской Англии конца XIX века девочки до 14 лет считались асексуальными. Дружба Кэрролла с ними была, с точки зрения тогдашней морали, совершенно невинной причудой.

Аспект мага и аспект отшельника дают способности к математике, а аспект знаний дает преподавательскую деятельность, любовь к знаниям, уважение семейных ценностей и религии.

Чарльз Доджсон действительно был одаренным математиком: возможно, отчасти поэтому загадки его текстов столь сложны и многообразны. Когда автор не писал свои шедевральные книги, он нередко занимался математическими работами. Конечно, он не стал в один ряд с Эваристом Галуа, Николаем Лобачевским или Янушем Бойяи, однако, как отмечают современные исследователи, делал открытия в сфере математической логики, опережающие свое время.
Льюис Кэрролл разработал собственную графическую технику для нахождения решения логических задач, которая была гораздо более удобной, нежели использовавшиеся в те времена диаграммы. Кроме того, сказочник виртуозно решал «сориты» – особые логические задачи, состоящие из последовательности силлогизмов, изъятие заключений одного из которых становится предпосылкой для другого, при этом все оставшиеся посылки в такой задаче были перемешаны.

По аспекту гармонии/баланса идут художники.

Еще одним серьезным увлечением писателя, отвлечь от которого его могли только собственные сказки и герои, стала фотография. Манеру его исполнения фото относят к стилю пикториализма, отличающегося постановочной манерой съемок и монтажом негативов.
Больше всего Льюис Кэрролл любил фотографировать детей. Он был хорошо знаком с другим популярным фотографом тех времен – Оскаром Рейландером. Именно Оскар сделал один из лучших фотопортретов писателя, впоследствии ставший классикой фотоискусства середины 1860-х годов.

Аспект смерти и искусителя также дают привязанность к алкоголю или наркотиком – Кэрролла мучили мигрени, поэтому он употреблял опиум (пусть и в его время это считалось нормальным).
Сочтение гармонии и справедливости – очень важна гармония внутри, важно быть в балансе с собой, склонность к лени, уравновешенная психика. Отшельник + знания + справедливость – аспект ума, умение анализировать и наблюдать, любовь к одиночеству и закрытости.